Повторное использование проектов однажды выстроенных и признанных удачными домов широко вошло в практику московских зодчих, начиная с конца тридцатых годов ХХ века, когда всерьез задумались над экономичностью строительства.

Советская архитектура / Статьи и книги о советской архитектуре / Москва / Периодические издания / «Квартира, дача, офис» / №58 (30.03.2001) - Тушино: острова, «Бураны» и вертолеты (автор: Алексей Рогачев)

Тушино: острова, «Бураны» и вертолеты

В мае 1937 года Москва праздновала открытие канала Москва-Волга. Это грандиозное сооружение разрешило сразу три важнейшие для столицы проблемы: открыло прямое и сообщение между реками Москвой и Волгой, в изобилии обеспечило город прекрасной питьевой водой и наполнило обмелевшие, почти высохшие русла рек в центре города. В праздничной суете как-то не обратили внимания на то, что южный отрезок канала - от Химкинского водохранилища до Москвы-реки - напрочь отрезал от столицы рабочий поселок Тушино, который два года спустя превратится в город.

Тогда еще никто даже не думал о сооружении кольцевой автодороги, и единственным путем сообщения с Тушино стал проложенный под каналом тоннель. Это вызывало некоторое недоумение - обычно водные преграды преодолевают с помощью мостов, а тут вдруг решили зарыться под землю и под воду. Столь нетривиальное решение было обусловлено особенностями местного рельефа.

Крутой уклон заставил устроить на этом коротком отрезке канала сразу два шлюза под номерами 7 и 8, причем не простых, а двухкамерных! Таких больше нет на остальной трассе канала. Через них суда поднимаются или спускаются в два приема, сначала в одной, а потом в другой камере - в каждой на 9 метров. Вместо обычных четырех башен управления тушинские шлюзы получили по шесть - по паре на каждые ворота. Торцевые фасады нижних башен украсили барельефами, посвященными посещению канала вождями Коммунистической партии и торжеству открытия канала.

Но как бы быстро ни спускался канал вниз по шлюзам-ступенькам, он все равно не успевал за крутым падением рельефа. Потому-то часть канала пришлось проложить выше поверхности земли - в высокой насыпи. А раз так, то тоннель, конечно же, удобнее моста.

Пробуренная под каналом "дырка" стала единственной (если не считать железной дороги) связью Тушино со столицей. С этим можно было мириться, пока Тушино оставалось самостоятельным городом. Но вот в 1960 году его включили в новые границы Москвы. И сразу же оказалось, что новый московский район прочно отрезан от остальной городской территории Химкинским водохранилищем, южным отрезком канала имени Москвы и Москвой-рекой.

Для Москвы Тушино стало прямо-таки "островом", главной проблемой которого сразу же стала транспортная. Трамвайные поезда, шедшие до Тушино с ближайшей станции метро "Сокол", состояли из трех вагонов. Сказать, что в часы пик они были набиты до отказа спешащими на работу или с работы тушинцами. Значит ничего не сказать. При таком потоке тоннель мгновенно стал тесен - рядом с двумя существующими пришлось пробить третий пролет, но и его хватило ненадолго. Немного помог Краснопресненский радиус метро, в 1975 году дотянувшийся до Тушино. И тут же Ждановско-Краснопресненская линия, частью которой он стал, превратилась в самую загруженную (точнее, перегруженную).

Неудобств добавила и удивительная планировочная структура района. Если все Тушино целиком является "островом" в переносном смысле, то в его середине лежит настоящий остров - в самом что ни на есть буквальном смысле этого слова. Он образовался из-за того, что рядом с судоходным каналом пролег еще один - деривационный, предназначенный для постоянного сброса воды из Химкинского водохранилища в речку Сходню, впадающую в Москву-реку. Вот эта пара каналов вместе со Сходней и Москвой-рекой окружает со всех сторон солидный кусок земли. На нем расположен Тушинский аэродром, известный по проводимым там воздушно-спортивным праздникам.

И первые постройки будущего города также появились на острове. Здесь около железнодорожной станции (в нынешнем проезде Стратонавтов) в 1935 началось сооружение сразу семи жилых домов по проекту архитектора А.Васильева. Спустя два года архитекторы 9-й мастерской Моссовета А.Карпов, Г.Гурьев-Гуревич, В.Крылов разработали первый генеральный план Тушино.

Стремительное развитие города объяснялось просто - рядом на берегу Деривационного канала начал работу настоящий гигант индустрии. Но упоминания об этом огромном предприятии довольно редки. Оно и понятно - Тушинский машиностроительный завод входил в число предприятий авиакосмического комплекса. Именно его строительство в тридцатых годах дало жизнь городу Тушино, именно с этим заводом связаны яркие страницы истории советской авиации и освоения космоса. Только создание кораблей многоразового использования "Буран" (один из них сегодня нелепо торчит в Парке культуры) уже навеки обеспечит заводу место в летописи самых славных свершений человечества.

Уготовано заводу место и на скрижалях истории Москвы. В трудные послевоенные годы тушинцы спроектировали и освоили производство унифицированных трамвайных и троллейбусных вагонов. Уютные, компактные и тихие коробочки (трамваи - под маркой МТВ-82, троллейбусы - МТБ-82) совершили настоящую революцию в пассажирском транспорте столицы, до того основывавшемся на громыхающих и воющих чудовищах времен царя Гороха.

Так что тушинцам есть чем гордиться. Но вот беда: в этом северо-западном углу Москвы, столь богатом выдающимися инженерными сооружениями, в области жилой застройки нет ничего сколько-нибудь заметного! Это кажется еще более странным, если учесть, что в целом Тушино оставляет отрадное впечатление. Вся его южная часть сохранила милый, несколько наивный облик провинциального городка средней руки, на который не слишком повлияло его вхождение в один из крупнейших городов мира.

Выстроившиеся вдоль улицы Свободы пятиэтажные дома образуют настоящую экспозицию, наглядно иллюстрирующую изменение представлений московских зодчих пятидесятых годов об обычном городском жилье. Довольно четко выдержан и хронологический порядок "экспонатов", только в обратном порядке. Застройка велась от завода, ближе к нему расположены дома постарше, подальше - помоложе. Поэтому въезжающие на улицу Свободы со стороны московского центра вынуждены изучать "экспозицию" с конца.

Перед самым Деривационным каналом на правой стороне улицы стоят дома 24 и 20, выстроенные в начале пятидесятых. Они выглядят очень нарядными и, несмотря на небольшие размеры (все те же пять этажей), даже в наше время кажутся весьма внушительными благодаря эркерам, выделяющим их в ряду соседних плоских фасадов. Рядом с ними - один из первых домов (№18), в отделке которых применялась керамическая плитка, совершившая полвека назад настоящий переворот в облике московских домов. Проектировщикам, очевидно, трудно было отойти от старых приемов штукатурной отделки "под классику", и на фасаде вполне современного дома налепили изображения каких-то пилястров.

Между последними двумя домами - широкий дворовый проезд, открывающий вид на очень забавное сооружение. Маленький трехэтажный домик, попавший в окружение пятиэтажных "гигантов", как бы пытается придать себе побольше значительности, выставляя перед своим фасадом бутафорский портик - совсем как настоящий!

Особая роль отводилась шестиэтажному дому на Большой Набережной улице у шлюза номер семь - он должен был стать первым в ряду крупных зданий, создающих парадный фасад города, выходящий на канал Москва-Волга. Недаром и дом, и шлюзы проектировал один и тот же зодчий - В.Кринский. Еще один шестиэтажный дом стоит сразу за мостом через Деривационный канал с правой стороны улицы Свободы (№9 по Лодочной улице). Это неуклюже-торжественное сооружение начинало строиться еще в тридцатые годы и явно замышлялось как элемент внушительного оформления городского центра.

Все грандиозные планы скомкала война, заставив перейти к строительству малоэтажных домиков. Целые массивы такого жилья в конце сороковых годов возникли и в Москве и в подмосковных Перово и Люблино. Не осталось в стороне и Тушино. По тылам завода, на правой стороне Сходненской улицы под номерами от 2 до 30 выстроилась целая шеренга коттеджей. Эти милые двухэтажные крошки вызывают умиленную улыбку, так как оформлены с претензией на настоящий классицизм. Сделанные всерьез пилястры и фронтоны напоминают набор архитектурных игрушек для взрослых дядей-зодчих, тешившихся игрой в "освоение классического наследия".

Домики-невелички - последние экспонаты тушинского "музея". К северу от завода лежат кварталы обычной типовой застройки шестидесятых-семидесятых. Эпохальным рубежом среди них проходит уже упоминавшаяся Сходненская улица. К востоку от нее преобладают пятиэтажки - вперемежку кирпичные и блочные, среди которых одиноко торчат "высотные акценты" в восемь и девять этажей. Западная сторона улицы застраивалась позже, и здесь средний рост домов поднимается до девяти-двенадцати этажей. К

ажется, дома на любой вкус. Но все они, как один, заурядны донельзя. И потому понятно, что путеводители по Тушино из всех жилых домов выделяют лишь один, которому, кстати, уже около двухсот лет. Это усадьба Братцево, некогда гордо возвышавшаяся над тихой речкой Сходней, а ныне с ошарашенным видом взирающая на вечное кипение распростертой перед ней Московской кольцевой автодороги.

Несмотря на утраченную поэзию своего окружения, братцевский дом сохранил свое очарование. Предельная ясность композиции, отличные пропорции и простая, но выразительная обработка даже при сравнительно небольших размерах выделяют его среди однообразных классических зданий, привычно выставляющих вперед то шести, то восьмиколонные портики. Оригинальное строение никак не дает покоя всевозможным историкам архитектуры, которым очень бы хотелось видеть его автором какую-нибудь знаменитость, Некоторые даже выдают желаемое за действительное и смело приписывают проект усадьбы Братцево А.Н.Воронихину, прославленному выстроенным им на питерском Невском проспекте Казанским собором.

К сожалению, иного выдающегося жилья в Тушино так и не появилось. Но сегодня, кажется, наметился некоторый положительный сдвиг. Корпорация "Социальная инициатива и компания" взялась за сооружение в Тушино, на Большой набережной улице жилого комплекса, спроектированного мастерской №2 Московского института типового и экспериментального проектирования. Три двадцатипятиэтажные башни, хотя и достаточно традиционных очертаний, способны стать заметным высотным акцентом района. Особую пикантность проекту придают завершения башен, напоминающие огромные сыроежки. По идее, шляпки этих грибов должны служить площадками для посадки вертолетов. Зачем? А на всякий пожарный случай. Ведь до двадцать пятого этажа не дотянется никакая пожарная лестница.

В 1980 году сгорело 26-этажное здание "Гранд-отеля" в Лас-Вегасе (США). Пламя появилось в нижних этажах и сразу же отрезало пути спасения большинству постояльцев. Их ждала страшная смерть, если бы не оборудованная на крыше вертолетная площадка. За несколько часов вертолеты сняли с крыши около 1000 человек.

Совсем иначе закончилось аналогичное происшествие в сеульской гостинице "Дай-Юн-Как" в 1971 году. Крыша 22-этажного здания не была приспособлена для посадки, и лишь самым сильным из искавших там спасения людей удалось ухватится за спасательные канаты, поданные с вертолетов. В результате погибло 163 человека.

Вот во избежание подобных трагедий и вырастают на крышах тушинских небоскребов грибы-сыроежки...

Алексей РОГАЧЕВ
«Квартира, дача, офис», №58. 30.03.2001